Вы здесь

Нелечебное голодание 1990 г

Нелечебное голодание  

В Московском областном госпитале инвалидов Великой Отечественной войны начали голодовку шестеро «афган­цев».

Госпиталь бурлит. В дверях столкнулся с его начальником С. П. Рыбаченко, спешившим, как выяснилось, на заседание к зам. министру здравоохра­нения СССР. В повестке засе­дания — один вопрос: голо­довка.

Она началась   в    пятницу, 5января. Отказавшись от обе­да, шестеро «афганцев», ле­жащих на лечении в госпита­ле, предупредили медперсо­нал — есть не будем до тех пор, пока не будут выполнены все требования. В числе, кото­рых открытие реабилитацион­ного центра для воинов-«аф­ганцев» на базе госпиталя как самостоятельной организации с правами юридического лица и передача будущему центру неиспользуемой территории Рукавишнической больницы для строительства реабилита­ционного центра.

Чтобы была понятна суть требований, поясню с неболь­шим экскурсом в историю. Год назад Главное управле­ние здравоохранения Мособлисполкома (ГУЗМО) издало приказ об открытии на базе госпиталя с эксперименталь­ной целью учебно-лечебного реабилитационного центра ве­теранов войны. Опыт медико-психологической реабилитации в госпитале был. В частности, в пульмонологическом отделе­нии кандидат медицинских наук В. М. Михайловский уже проводил, и вполне успешно, восстановительные сеансы для воинов-«афганцев. В приказе об открытии центра госпиталю предлагалось выделить для него десять коек на базе   пульмонологического отделения, помещение для занятий пациентов центра, а также выделить штатные должности.
Вскоре, однако, этот приказ заменили новым. В нем уже госпиталю предлагалось выде­лить не 10, а 30 коек для центра, одновременно увели­чив число штатных единиц до 20.
Руководство госпиталя   на это ответило отказом... Бюрократы?
 — Но где мы возьмем эти самые 30 коек? — спросили меня врачи госпиталя.— Только изъять их у ветеранов Великой Отечественной войны. Тех, кто лечится в госпитале. Но разве это по-доброму? Де­сять коек мы центру выдели­ли. Но больше не можем ни одной, поймите!
— На койки ветеранов ни­кто не претендует,— говорит директор центра  В. М. Михай­ловский.— Но дайте нам в та­ком случае какое-нибудь по­мещение, чтобы мы могли там разместиться.

Кстати, по соседству с ос­новным зданием госпиталя стоит каменный одноэтажный дом-полуразвалюха. Отдайте его нам под центр. Там коек 15—20 поместиться может. Уже кое-что. Но ведь и эту развалюху не дают! Руководи­тели госпиталя говорят — это не в их ведении. А в чьем? К  слову, голодовка ребят, по­мимо тех требований, о кото­рых я уже говорил, преследу­ет еще одну цель: заставить приехать сюда, в центр, тех ответственных лиц, которые непосредственно отве­чают за   всю   эту волокиту.
Честно скажу, последнее предложение Валерия Михай­ловича у меня лично вызвало недоумение. Поскольку перед тем, как встретиться с ним и с ребятами, я разговаривал с заместителем начальника гос­питаля, который предложил примерно то же самое, только уже от лица руководства: «Пусть берут одноэтажное здание возле госпиталя. Мы поможем им с финансами, с оснащением. Чем не выход».
А действительно — чем?

В любом случае не стоит бросаться в такие крайние формы протеста, пока не исчерпана последняя возмож­ность, услышать доводы друг друга.
 
 
О. КАРМАЗА.
Фото С. КУЗНЕЦОВА.